Такая замершесть, что можно в нее кутаться. Сидя тихонечко, чтобы не вспугнуть, пить замерло. Подтикивать в такт, потакать часам. Легкое такое стакатто в кончиках пальцев.
Таким стакатто надо точечки щупать и понимать (не умом, а вообшеей, мощами что ли?), что из них все собственно и состоит. Из точечек. И я из точечек и вы что-то такое источаете. Науки какие-то?
А в воздухе хрупко и распадается. Еще немножко и начнёшь всущностить. Луна удвигается из поля зрения куда-то в исподволь. И там сидит - неловкая белесая, бочком. Бучело такое. Блюдает.
И вот мы сидим, бочками и точечками, и не знаем ничего пронзительней, ничего точнее, не имея малейшего представления, что именно чувствуем. Именно. Какие-то именности, неназваности.
И как это с собой унести? Как начав умирать, не потерять это?
Таким стакатто надо точечки щупать и понимать (не умом, а вообшеей, мощами что ли?), что из них все собственно и состоит. Из точечек. И я из точечек и вы что-то такое источаете. Науки какие-то?
А в воздухе хрупко и распадается. Еще немножко и начнёшь всущностить. Луна удвигается из поля зрения куда-то в исподволь. И там сидит - неловкая белесая, бочком. Бучело такое. Блюдает.
И вот мы сидим, бочками и точечками, и не знаем ничего пронзительней, ничего точнее, не имея малейшего представления, что именно чувствуем. Именно. Какие-то именности, неназваности.
И как это с собой унести? Как начав умирать, не потерять это?
8 comments | Leave a comment
